Материалов на сайте: 259

Головные уборы и обувь в Башкирии

Являясь логическим завершением костюма, головной убор нес на себе особую смысловую нагрузку. Он информировал об имущественном, семейном и возрастном положении человека. За головным убором закреплялась охранная функция: роль оберега играли нашитые на убор монеты, определенной формы ювелирные поделки, сердолик, раковины, перламутр, кораллы, плоды экзотических растений, птичьи пушки, когти и другие необычные предметы.

Этническая и художественная специфика костюма наиболее выразительно проявлялась в женских головных уборах.

Чаще других в литературе упоминаются кашмау («кашбов», «кашпау») и кэлэпyш («калябаш»). В деревнях Башкирии в ХIХ в. кашмау встречался относительно часто, особенно в южных районах; о другом уборе помнили только в восточном Зауралье.

В оформлении кашмау первенствующую роль играли кораллы; они сочетались с серебряными нашивками. Круги из кораллов, мелких, затем крупных монет, нашивались на шлем вокруг отверстия. Основная часть шапочки покрывалась нитками кораллов, прикрепленными одним концом у края, другим – у отверстия убора. Кроме длинных околоушных подвесок сулпы, кашмау сугы имелась спускающаяся на лоб теменная подвеска манлай сук. От массивной подбородочной пряжки каптырма на грудь свешивались длинные цепочки с ювелирными медальонами. Между шлемом и наспинной полосой располагалась треугольная или круглая бляха, игравшая роль не только затылочного украшения, но и оберега.

Таким образом, с кашмау был связан целый набор головных, шейно-нагрудных и наспинных украшений. Особо следует сказать об оформлении наспинной ленты; ее называли койрок – «хвост», реже олон, озон – буквально «нечто длинное». Эта полоса обычно доходила до края одежды; в большинстве случаев она располагалась поверх праздничного халата, дополняя его декоративное убранство.

На кумачовой основе наспинника выкладывался бисером мозаичный узор из квадратиков, ромбов, треугольников и других фигур. По краю ленты прикреплялись раковинки кортбаш, кортмош; по поверьям, они оберегали от сглаза. Заканчивался наспинник бахромой.

В начале ХХ в., по свидетельству С.И. Руденко, на юге Башкирии женщины средних лет надевали кашмау на платок, пожилые на полотенцеобразное покрывало тастар. Имелись кашмау лишь в состоятельных семьях. В последние десятилетия, в связи с возрождением фольклорных традиций, коралловые уборы приобрели большую популярность. В башкирском Зауралье появились кашмау, реставрированные или изготовленные из современных материалов. Новые уборы, созданные на старой основе, так часто включаются в сценический костюм, что начинают восприниматься населением как символ национальной одежды.

Вместе с тем в прошлом кашмау знали не везде. Территория, где его носили, охватывала южные и югозападные районы Башкирии и Оренбургскую область. В начале ХХ в. кашмау входил в праздничный костюм у башкир – бурзян, тангауров, усерган, тамьянцев, юрматынцев. У демских минцев головной убор распространился, видимо, под влиянием появившихся здесь в последние века переселенцев с Южного Урала. В северной и в центральной Башкирии (на Инзере) такого убора не было. Не носили его челябинские и курганские башкиры.

В восточном Зауралье существовал другой убор из кораллов и серебра – с высокой тульей и широкой наспинной полостью. Именно он упоминается в некоторых дореволюционных работах под названием «калябаш». Люди старшего поколения в башкирских деревнях Челябинской области вспоминали его в 195060е годы, называя башкейем.

Величественный башкейем (он же кэлэпуш) представляет собой возвышающуюся над головой округлую шапочку и прикрепленную к ней полость, закрывающую не только затылок и уши, но и верх спины. Тулья высотой 15 см покрыта чешуеобразно монетами, донышко – концентрическими рядами кораллов. Спереди имеется ниспадающая на глаза сеточка-налобник. Верхняя часть полости покрыта рядами монет, ниже группы монет обрамлены кораллами; заканчивается композиция сеткой из кораллов и бахромой. На затылке среди монет выделяется крупная бляха со вставками из сердолика и бирюзы.

Башкейем, как и кашмау, был готовым убором замужних женщин. Ближайшие аналогии этому убору обнаруживаются в каракалпакском и казахском «саукеле» – богатом свадебном уборе, своим происхождением связанным с культурой древних сакских племен, некогда населявших степные просторы Казахстана и Средней Азии.

В прошлом столетии в северных деревнях можно было встретить полусферические шапочки такыя, украшенные монетами и бляхами, с бахромой понизу из мелких бус и бисера. Наверху в центре прикреплялся металлический куполок.

Девушки в башкирских деревнях до вступления в брачный возраст, лет до 1011, ходили с непокрытой головой. Позже на манер взрослых женщин закрывали волосы платком или надевали шапочку вроде тюбетейки, украшенную галуном.

Широко принятым убором в северной Башкирии были так называемые «колпачки». Их носили взрослые девушки и молодые женщины, покрывая небольшим платком. Существовало несколько разновидностей колпачков.

Небольшая (12-15 см, реже до 20 см в диаметре) плоская шапочка с твердым околышем-ободком (35 см высотой) из бересты, луба, кожи или картона, обтянутых темной хлопчатобумажной тканью или цветным бархатом, встречалась в верховьях р. Уфы и по Ику еще в 50-60е годы двадцатого столетия. Колпачок (бэлэкэй калпак) закреплялся на темени с помощью шнурков, его носили чуть набок.

Передняя часть ободка и верх донышка расшивались бисером, металлической нитью, блестками, жемчугом. Основные части растительного узора (цветы, листья, ягоды), как правило, выпуклые, соединялись линиями стебельчатого шва или машинной строчкой. Украшением колпачка могли быть прикрепленные по краю жемчужные подвески, монетки. Узор выполнялся бисером.

У висков помещали шерстяные кисточки, пушки. Похожие колпачки носили челябинские и курганские башкирки. Однако в восточном Зауралье это была чаще лишь имитация шапочки: ободок был разъемным, а место соединения его концов на затылке прикрывала ткань, прикрепленная к околышу.

Характерным убором молодых невесток – килен - в северовосточных и зауральских восточных районах были сдвоенные платки кушъяулык. В Челябинской и Курганской областях их носили еще в 50-60–е годы в течение одного-двух лет после свадьбы – пока молодая жена «не привыкнет к родне мужа». Сохранились эти уборы и коегде на северовостоке республики.

Кушъяулык – это большой платок-покрывало, размером 227х114 см. Его украшением служат позумент и мелкие монеты, пришитые по краю около лица. Он был приобретен вместе с головной повязкой баш бэйзэмес – маленьким ситцевым платком, который складывался косынкой и повязывался под кушъяулык на лоб, а концы завязывались на затылке.

Кушъяулыки носили и с головными повязками, и с плоскими колпачками. Середина длинной стороны платка, приходящаяся на лоб, украшалась с изнанки полосой гладкой ткани, вышитой счетной гладью или тамбуром. Среди вышитого узора помещали бисеринки или мелкие монетки. Край покрывала, надевая, слегка отгибали. Подбородник обшивали монетками, иногда к нему прикрепляли короткую коралловую сетку.

Подбородочная тесьма с монетами (сагалдырык, hакалдырык) являлась наиболее характерной деталью кушъяулыка на всей территории, где был принят этот убор. На северовостоке Башкирии и в соседних районах Свердловской и Челябинской областей подбородник с монетами, закрывавшими шею, вместе с чешуеобразно зашитым нагрудником представлял собой выразительный декоративный ансамбль в праздничном костюме.

К разряду головных уборов-покрывал, хотя и несколько другого рода, относился у башкир тастар. Слово употреблялось в средневековье в Средней Азии и на Ближнем Востоке в значении «точа ткани»; позже оно закрепилось за уборами типа повязки или чалмы. В значении женского убора термин «тастар» существовал в языке не только башкир, но и казанских и западносибирских татар, мишарей, кряшен.

В конце ХIХ в. покрывало тастар описано М.Баишевым в составе костюма пожилых женщин Орского уезда: "Вместо платка употребляют для головы тастар – ситец аршина в 3 или 4 длины. Им старухи обматывают голову, оставляя открытым лишь одно лицо. Сверх этого вне дома накидывают на голову халаты".

Сохранились фотографии из башкирского Зауралья и из демских селений с изображением женщин в тастарах. Восстановить этот убор не представляло трудности, т.к. для него необходим лишь кусок светлого ситца около 2 м длиной. Материал накладывали на голову вроде шарфа, при этом нижний конец оставался на груди, а верхний, проведя под подбородком, прикрепляли булавкой на голове у левого виска. Головной убор покрывал не только голову, но и плечи женщины. На юговостоке Башкирии употребляли иногда ткань большей длины и тогда конец, закрепленный на голове, ниспадал на спину.

Меховые шапки – головной убор, характерный для скотоводческого быта, башкирские женщины носили не везде. В ряде деревень южного Кугарчинского района меховые шапки считались девичьим убором. На большой территории – в горах и в степях юго-восточной Башкирии – меховые шапки в женском костюме не были приняты.

Шапки надевали не только на тастар, но и на платок. Сверху набрасывали шелковую или кашемировую шаль. Девушки носили шапки без платков. Женские шапки были невысокими, с плоским верхом и меховым околышем. Ценились кама бурек – шапки, широко отороченные мехом выдры; их верх обшивали иногда позументом.

Помимо меховых на северовостоке Башкирии были приняты стеганые ватные шапки без отворота – тупый. Их надевали пожилые женщины под платок, как говорят, для тепла. В некоторых случаях спереди надо лбом на них нашивали монетки. Украшением тупый могла быть и позументная налобная повязка с бахромой – каш ука.

По мере исчезновения сложных и дорогих головных уборов все более прочное место в будничном и праздничном костюме стали занимать платки. Выбирали фабричные платки с каймой и цветистые полушалки. Набросив на голову и распустив полотнище по спине, закрепляли платок под подбородком, связав два соседних угла. Молодые в ХIХ веке предпочитали красные, оранжевые, синие, зеленые цвета. Среди пожилых была заметна приверженность к светлым платкам. Прежде использовали тонкий некрашеный холст.

Собираясь в гости, поверх платка набрасывали сложенную на угол шелковую или кашемировую шаль с кистями. Она прикрывала голову и спину, свободные концы свешивались по обеим сторонам груди. В юговосточных и южных селах Башкирии носили домашние шали с длинной бахромой, сотканные из шерсти и козьего пуха.

Распространенные в башкирских аулах в ХIХ – начале ХХ века мужские головные уборы были не так многочисленны, как женские. В путевых заметках и этнографических исследованиях упоминаются колпаки и войлочные шляпы, суконные и меховые шапки.

Согласно мусульманским обычаям, мужчина, особенно если он был немолодым, не показывался на людях с непокрытой головой. Роль повседневного головного убора принадлежала тюбетейке – небольшой плотно облегающей голову тканевой шапочке на подкладке. Ее называли тубэтэй ; коегде нарядные тюбетейки обозначали словом такыя. На югевостоке Башкирии (Бурзянский, Баймакский и др. районы) термин такыя относился и к скромным тюбетейкам пожилых мужчин.

В районах со скотоводческими традициями (на юге Башкирии, в Зауралье) тюбетейка у пожилых мужчин служила преимущественно домашним убором; при выходе из дома поверх нее надевали меховую шапку. В северных деревнях в тюбетейках ходили не только в своей усадьбе, но и на улице.

Тюбетейка была первым головным убором в жизни мальчиков: ее начинали носить в раннем детстве.

Преобладал покрой тюбетеек с круглым слегка выпуклым верхом из четырех клиньев и невысоким, 67 см, расширенным книзу околышем.

Тюбетейки пожилых были черными, молодых – цветными: из красного, зеленого, синего бархата. Праздничные тюбетейки молодых мужчин украшали галуном, бисером, вышивали тамбурными узорами. В башкирских сказаниях «унизанная марьяном (кораллами) тюбетейка» называется убором знатных батыров.

Не менее необходимым убором до последнего времени оставались меховые шапки (бурек, кэпэс).

Особенностью мужских шапок была характерная вытянутая форма. Наиболее распространенным являлся покрой из четырех округленных по бокам, сведенных на конус клинышков. На тулье мех обращался ворсом внутрь. Сверху шапки покрывались бархатом, сукном или иной плотной тканью. С внешней стороны имелась выпушка или околыш. Нередко шапки из овчины обшивали по краю полосой дорогого меха. Иногда на тулью нашивали позумент.

У южных и восточных башкир характерным головным убором являлись «малахаи», имевшие полость для прикрытия шеи и верхней части туловища от ветра.

В разговорной речи за меховыми уборами, крытыми тканью, закрепилось название колаксын. Колаксын из меха красной лисицы, головной убор взрослых парней, упоминается в песенном фольклоре юго-восточных башкир. Шили их также из овчин и волчьих шкур, отделывали мехом выдры. Малахаи из войлока, валяного сукна, без меха, называли кейез колаксын или колэпэрэ.

Своим происхождением колаксын связан со скотоводами степной полосы Азии и Европы. Высокие уборы с наушниками и угловатым наспинником можно увидеть на древне-тюркских изваяниях Сибири и Монголии. Изображены они и на всадниках в наскальной живописи этого времени. Как видно, уже в древности появились многочисленные варианты этого убора, различающиеся высотой тульи, формой и размерами пришивных деталей.

Другой распространенный в Средней Азии и на Среднем Востоке мужской убор – чалма – в костюме башкир стал атрибутом, главным образом, служителей мусульманского культа. Его носили, совершая молитвы, также некоторые пожилые мужчины.

На севере Башкирии и в Пермской, Свердловской областях в 60-е годы ХХ века сохранялись воспоминания о белых покрывалах кыйыкса – уборе почитаемых старших женщин. Судя по способу ношения («один конец ложится на голову, а другой перебрасывался спереди через плечо и спускался низко, почти до щиколоток»), это покрывало было одного рода с вышеописанным тастаром.

По мере отмирания старых обычаев уходили из быта и атрибуты, их сопровождавшие, в том числе и из состава одежды. Исчезновение и обеднение головных уборов было обусловлено и снижением материального достатка башкирских семей.

Обувь

Сведения о башкирской обуви в литературных источниках отрывочны. Авторы конца ХVIII и ХIХ веков свидетельствуют о выделке в хозяйствах, занимавшихся скотоводством, лошадиных кож для сапог; сообщается, что шили их размягченными коровьими или конскими «жилами». В старину делали сапоги из обработанной копчением кожи. Кроме сапог на твердой подошве, принятых и у других скотоводов, существовали различные варианты низкой кожаной обуви: башмаки и глубокие галоши.

При выделке обуви на местах, помимо кожи, использовали сукно, войлок, мех, шкуры, а также материалы растительного происхождения: лыко, бересту. Нередко обувь была комбинированной.

Обувь с высокими суконными голенищами и кожаным низом существовала в качестве рабочей и в горах у бурзян. Глубокие кожаные башмаки ката с небольшим холщовым верхом являлась распространенной мужской и женской обувью у башкир – катайцев по р. Инзер.

Как отмечали очевидцы, держать ноги в тепле в любое время года – было неукоснительным правилом, поддерживавшимся и мусульманским запретом обнажать тело. На ноги надевали чулки, «сделанные из холста или сукна, а чаще шерстяные». Носили также суконные или холщовые портянки.

Кожаные сапоги на твердой подошве итек – обувь преимущественно молодых мужчин и женщин – носили с шерстяными вязаными или суконными чулками, но чаще с портянками сылгау. Степень распространения сапог на территории была неодинаковой. Они были мало приняты в северной и центральной Башкирии. В бассейне Демы и в восточном Зауралье они считались обувью преимущественно мужской. У некоторых горных башкир (кузгун – катайцев, кубаляков) они были праздничной обувью молодых женщин. В южных и юговосточных скотоводческих районах их носило в будни и праздники почти все взрослое население.

Праздничные сапоги шили из черной или подкрашенной кожи, с мягкими голенищами. На низ шла воловья или коневая кожа, верх могли делать из козлиной или телячьей.

Для башкирских сапог были характерны широкий носок, относительно прямое по всей длине, слегка приподнятое уступом на колене голенище. Шов располагался сзади. Обувь шили по одной колодке, одинаковую для обеих ног. Высота сапога доходила до колена.

Носок сапога кроился отдельно, иногда он заходил на голенище спереди мыском. Задник в некоторых случаях вырезался вместе с голенищем. Праздничные сапоги, особенно женские, могли быть на высоком каблуке. Нередко каблук отсутствовал, но пятка укреплялась несколькими слоями кожи и на это утолщение заходила подошва.

На праздничные сапоги было принято набивать шпунты, подковки. На заднике дратвой или конским волосом обозначался несложный контурный узор; иногда его выкладывали тонкой крученой проволочкой.

Зафиксировали на мужчинах сапоги и несколько иной формы : узкие в щиколотке, с острыми носами. В прошлом в Башкирии, как и в Средней Азии, они имели некоторое распространение в знатных слоях общества; вместе с шелками, драгоценными камнями, ковровыми поясами и другими предметами роскоши, их привозили с Востока. Можно заметить, что обувь с заостренными носами была популярной и среди монголов, в свое время оказавших влияние на культуру тюркоязычных народов.

Сапоги с широкими прямыми носами были, по всей вероятности, исконно тюркскими. В их форме, как и в обычаях использования в быту, обнаруживается много общего у башкир, казахов, киргизов и других, близких по происхождению народов.

Низкая кожаная обувь в виде туфель – башмаки (башмак, ката, кун калуш); для нее были характерны прикрывающий подъем глубокий носок, низкий задник, каблук. В северных районах Башкирии, в Челябинской и Курганской областях башмаки носили женщины и мужчины, причем надевали их не только на вязаный или суконный чулок, но и на сапожки ситек. Особых украшений на обуви не было, тем не менее она считалась праздничной, входила в состав свадебного костюма.

На значительной территории, включая южные и центральные районы, туфли-ката являлись женской праздничной обувью. Их принято было надевать на белые суконные чулки. Обувь отличала устойчивая форма, невысокий, около 3 см, каблук. У минцев, бурзян, усерган, тангауров, южных кыпчаков обувь украшали выстроченным на заднике узором, цветными кисточками, узором из крученой проволочки, заклепками. На каблуки набивали медные подковки, шпунты, гвозди с большими шляпками.

На севере и северовостоке в некоторых зажиточных семьях, помимо уличных, имелись узорные комнатные туфли кэуеш с верхом из мягкой кожи или бархата. Нередко у них были несоединяющиеся задник и носок. Такие туфли, как правило, изготавливались татарскими мастерами.

В северозападных районах, по соседству с Татарией, башмаки с глубокими головками, почти без задников, служили уличной обувью мужчин. Они приземисты, со слегка удлиненным носком, низкими задниками; спереди они прикрывают подъем ступни.

Нужно заметить, что мелкая обувь из плотной, тщательно выработанной, кожи в Башкирии была привозной. Татария – один из центров ее производства, но лишь в последние века она являлась активным поставщиком кожаной продукции. В средневековье и в древности традиции изготовления подобной обуви были связаны с арабским и иранским Востоком.

Под его влиянием низкие кожаные башмаки стали повседневной и праздничной обувью в Средней Азии, на Кавказе. Здесь выросли своеобразные центры их изготовления (Хива, Новый Ургенч и др.), снабжавшие отчасти и Поволжье. Под влиянием разных ремесленных школ время от времени менялась форма калош, высота каблука, форма носа; появлялись туфли без задника. Привозили обувь всевозможных фасонов из Ирана, Турции, с Кавказа. Попадал импорт прежде всего в состоятельные семьи.

Особенностью, присущей башкирам и татарам, как и тюркам Средней Азии (узбекам, уйгурам, туркменам и др.), было ношение мелких кожаных калош с сапожками – ичигами. У пожилых людей (в первую очередь, мужчин) такая обувь хранилась и использовалась в торжественных случаях: в ней шли в мечеть, в гости. При этом, заходя в помещение, калоши оставляли у порога. Позже вместо кожаных распространились резиновые калоши.

Почти по всей Башкирии и за ее пределами использовалась глубокая, до щиколоток, обувь на небольшом каблуке, с широкими носами. Она напоминала сапоги с урезанными голенищами. В конце ХIХ – начале ХХ века такая обувь часто фигурировала под названием куныслы калуш – «калоши с голенищами». Она являлась уличной обувью мужчин и женщин, в первую очередь – пожилых. Носили ее, как и мелкие галоши, с шерстяными вязаными, суконными, войлочными чулками, надевали на ичиги.

В некоторых северных районах, а также у отдельных групп центральной Башкирии и в Зауралье глубокие кожаные калоши (ката) служили рабочей мужской обувью. Напротив, на юго-западе, в бассейне р. Демы, украшенные подковками, цветной строчкой, тиснением, металлическими накладками, обшитые по краю красным сукном глубокие башмаки, как и мелкие являлись праздничной обувью женщин.

Подобной обуви не знали тюркские народы Средней Азии. В то же время она была распространена в южных, центральных и восточных губерниях России – причем не только у тюркского, но и финно-пермского и славянского населения. Из письменных источников известно, что еще в ХII – ХIV веках на Руси существовало производство женских глубоких башмаков – «котов».

Эта обувь относилась к разряду заимствованной славянами в домонгольское время у скотоводческих племен. Она находила большой спрос в России и в более позднее время. С веками ее производство территориально расширилось. Изготовленные на восточноевропейских фабриках «коты» в ХУII в. доставлялись в большом количестве на центральные и местные ярмарки, вывозились в Сибирь ; затем и там было налажено собственное производство.

Праздничные фабричные «коты» украшались цветным сукном, сафьяном, декоративными блестками, бусинами, бубенчиками. Возможностью приобрести нарядную женскую обувь фабричного изготовления объясняется ее широкое распространение в ХIХ в. у башкир, особенно в приуральских районах.

Мягкие сапожки ситек были известны во многих башкирских аулах. Эта обувь несла в себе элемент престижности : ее носили пожилые люди (чаще мужчины) из зажиточных семей. Сами шили ее редко, предпочитая покупать на ярмарках изделия казанских, оренбургских, среднеазиатских мастеров.

Привозили ичиги также из Дагестана и Закавказья. Мужские сапожки обычно были черными, женские – цветными : красными, зелеными, коричневыми. Встречались нарядные женские ичиги, украшенные кожаной мозаикой, цветной строчкой, контурной вышивкой. Иногда узор покрывал всю поверхность сапога.

Большой популярностью в западной и северной части Башкирии пользовались казанские ичиги с богато орнаментированными голенищами.

В ряду кочевничьей обуви ичиги представляются кожаными чулками. Не случайно повсюду их носили с обувью на твердой подошве – кожаными калошами или башмаками. Очевидно, и в далеком прошлом в быту скотоводов они считались роскошью.

В той или иной форме мягкие сапожки надолго сохранялись в быту кочевых племен тюркского происхождения. Для них использовались козловая и баранья кожа мягкой выработки. Существовали и более простые варианты сапог : из материала менее качественного, однотонные. Известно, что у башкирюрматынцев по берегам Демы встречались ичиги с суконным верхом.

Обувь с суконными голенищами представлена у башкир несколькими видами.

Наиболее самобытны сарыки (сарык) с головками из грубой, домашней выделки, кожи и длинным суконным верхом, закреплявшимся под коленками плетеными шерстяными шнурками. В конце ХIХ века их носили по восточным склонам Уральских гор и в зауральских степях – в Челябинской и Курганской областях. Надевали их на суконные чулки или портянки. У женщин они входили в состав свадебного и праздничного костюма, белые голенища украшали цветной аппликацией. В горных районах сарыки применялись в качестве мужской рабочей обуви.

Мастерами по изготовлению сарыков были женщины. Кожаная часть выкраивалась в виде двух полуовалов; большой выполнял роль подошвы, меньший – носка. Два небольшие (до 3 см) надреза помогали сформировать жесткий прямоугольный задник, при этом боковые кусочки кожи накладывались друг на друга, а средний закрывал шов; подошва по бокам слегка заходила наверх.

Кожу сшивали конским волосом или конопляной дратвой большими наметочными стежками; на заднике выполнялся гребенчатый или елочный узор. Голенище выкраивалось из сложенного по длине куска сукна, шов приходился сзади. Высота голенища составляла 40-46 см, ширина – около 23 см.

На мужских, а также на рабочих женских сарыках на голенище на месте мыска и по бокам нашивались язычки кожи, над ними помещался узор из треугольников-амулетов (бетеу).

В основе рисунка на заднике обуви была арочная композиция. Она подчеркивалась полукругом из треугольников, двусторонних завитков, «гребенки» и других элементов, соединенных в линию. Внутри арки и вокруг нее помещался тонко разработанный орнамент.

Иногда внутреннее поле имело дополнительный цветной фон. Элементами орнамента являлись линии с завитками на концах, составлявшие при пересечении ромбическую сетку, турбулентную розетку и другие комбинации.

Искусство аппликации у башкир перекликается с традициями тюрко-монгольских кочевников, на которых в свое время оказала влияние художественная культура населения древнего Алтая и всего юга Сибири. Вместе с тем аппликация и вышивка на суконных голенищах башкирской обуви в восточном Зауралье настолько своеобразна, что с полным правом можно говорить о длительном самостоятельном ее развитии и формировании в высокое по уровню мастерство.

В некоторых группах деревень на основной территории Башкирии появились местные излюбленные приемы украшения сарыков. В Учалинском и Абзелиловском районах распространенной деталью на женских сапогах стал двусторонний завиток («интеграл»): несколькими рядами таких завитков окружали арку, иногда заполняли центральное поле, почти не оставляя фона. В горных районах, ближе к Инзеру, голенища украшали поперечными цветными полосами, рядами треугольников, уголков, орнаментом «гребенка» и др.

Основным украшением детских сарыков стали полосы аппликации у их верхнего края. Использованы зубчатые линии и мотив «бегущей волны» ; край нашивок обведен тамбурным швом. В нижней части голенищ нашиты кожаные язычки, ромбы и треугольники-амулеты.

Одновременно с сарыками в ряде районов существовала другая обувь с суконным верхом – бышым или ишем ката («башмаки с голенищами»), ката. Ее особенностью был кожаный низ на твердой подметке и с каблуком. В зависимости от высоты суконного, реже холщового голенища можно выделить несколько разновидностей этой обуви.

Праздничные женские ката восточного Зауралья с длинными белыми голенищами, закрепляемыми под коленками плетеной тесьмой, по форме голенищ и их орнаментации идентичны женским сарыкам этой территории. Такие сапоги являлись обувью молодых женщин и девушек; они имелись только в состоятельных семьях. Кожаный низ украшался цветной строчкой, тиснением, бисером, монетками, металлическими накладками, шерстяными кистями – теми же средствами и приемами, что и женские туфли.

Сапоги с кожаным низом на твердой подошве и высокими суконными голенищами, украшенными четырьмя полуовалами кожи, служили самой распространенной обувью мужчин.

Преимущественно мужскими были башмаки с небольшим холщовым или суконным верхом на вздержке ; использовалась не только светлая, но и темная ткань. Эта обувь встречалась на северовостоке Башкирии и в центральных районах, на юг и восток от Уфы. Она выполняла роль сезонной в период распутья или рабочей : надевалась на лесоразработки, в сенокос.

К обуви, вошедшей в быт башкир в Приуралье, относятся лапти (сабата). Областью распространения обуви из размягченных полос древесной коры издавна являлась зона произрастания лиственных лесов, прежде всего липы.

Существовала значительная по площади область, охватывавшая бассейн западного Ика, нижней Белой с впадающим в нее Быстрым Таныпом и ряд более восточных районов, где плетеная из лыка обувь являлась у большей части населения не только повседневной, но и в некоторых случаях и праздничной.

Плетеную из лыка обувь умели делать сами. Были башкирские мастера по изготовлению лаптей коегде и в горных районах: в окрестностях Белорецка и других призаводских селениях, в аулах на юге Бурзянского района.

Для лаптей, распространенных среди башкир, было характерно косое расположение полос лыка на подошве, прямое на «личике». Прямой носок имел подтреугольную форму, приподнимаясь в середине небольшим выступом. Сплетенная в два слоя подошва слегка заходила наверх, образуя выступ, напоминающий «косичку».

Основание лаптя было приближено к прямоугольнику ; четко обозначены углы у задника и на передке. Низкие борта не превышали 4 см, глубина головки – около 5 см. Плели лапти от головки, в 7 лыковых полос. Оборы были мочальные ; их забирали в борта при плетении, формируя край.

В средней части боковых сторон оставляли по отверстию, через которые пропускали оборы, надевая лапоть. Перекрестив оборы на подъеме ноги, обхватив длинным концом щиколотку, их завязывали снаружи. Лишь в некоторых северозападных деревнях на мужских лаптях могли быть длинные оборы, но и они не доходили до колен.

Вместе с лаптями некоторыми северозападными башкирами от волжскокамского населения были заимствованы холщовые онучи ыштыр. Носили лапти также с вязаными или суконными чулками.

Типично татарскими надо признать лапти, укрепленные на дощечках, вырезанных в виде скамеечки, реже в форме подошвы. Их называли кутэрмэле сабата – «лапти на подставках». В них было удобно ходить по двору и улице в грязь. Такие лапти носили молодые женщины в некоторых северозападных башкирских деревнях.

В заключение вкратце можно остановиться на особенностях башкирских чулок. Существовало несколько их разновидностей: войлочные (кейез ойок, байпак), суконные (тула ойок), холщовые (киндер ойок), шерстяные вязаные (бэйлэм ойок). У мужчин, кроме того, были портянки. Позже распространились шерстяные вязаные носки. Сравнительно редким видом чулок являлись войлочные.

Как видно, с кочевым бытом были связаны и чулки, сшитые из сукна, хотя появление последних предполагало овладение навыками ткацкого производства и искусством сложного кроя. Как и войлочные, их носили мужчины, реже женщины в южной и восточной Башкирии. В северных районах домашнее сукно изготавливали не во всех хозяйствах: не хватало овечьей шерсти. Однако навыки изготовления суконных чулок не были утрачены ; в некоторых аулах их можно было встретить в 50-60е годы двадцатого века. Иногда по типу суконных здесь шили холщовые чулки.

В горной Башкирии и в восточном Зауралье существовали праздничные белые чулки с красной обшивкой и полосой аппликационного узора из завитков – «кускаров» (каршы кускар) по верхнему краю ; иногда вверху пришивалась полоса ткани, вышитая счетной гладью, тамбуром.

На крайнем севере, в северовосточных районах республики и в пограничных районах Челябинской и Свердловской областей в 5060е годы двадцатого века были модными белые чулки с рельефным узором на паголенках. Вывязывались линии зигзагов, ромбическая решетка, сдвоенные и строенные горизонтальные полосы и другие геометрические узоры. Носили такие чулки с резиновыми галошами, собирая на щиколотке «гармошкой». Узорные чулки были хорошо видны, поскольку подол платья подтыкали на боках за пояс.

Источник:

Просмотров: 29927


Комментарии к этому материалу:

Комментарий добавил(а) nn
Дата: 2014-06-26

Жаль, что фото все очень маленьке невозможно нормально рассмотреть вещи...

Комментарий добавил(а) гшу4геп
Дата: 2014-12-10

едпнмаь гв

Комментарий добавил(а) Раугания
Дата: 2015-08-02

Отлично

Добавить комментарий

Введите сумму чисел с картинки:

=  

Наверх


Следствие Берман
Что для одного ошибка, для другого — исходные данные.



Rambler's Top100

Уважаемые веб-мастера, при копировании материалов, пожалуйста, ставьте ссылку на Costumehistory.ru

Главная| Первобытный костюм| Древний Египет| Древний Восток| Древняя Греция| Древний Рим| Византия| Средневековье| Возрождение| Костюм 17 века| Костюм 18 века| Костюм 19 века| Костюм 20 века| Русский костюм| Костюмы народов мира| Театральный костюм

Costumehistory.ru. 2008-2014, Дмитрий Науменко, psychologovnet@yandex.ru  | Карта сайта